Top.Mail.Ru
«Уводили тебя на рассвете…» |

«Уводили тебя на рассвете…»

30 октября в российском календаре означено датой скорби. В этот день принято вспоминать тех, кто стали жертвами политических репрессий. С конца 20-х до начала 50-х годов прошлого века смертоносная машина репрессий искалечила и уничтожила миллионы судеб…

Будним утром к Анне Федоровне Браун пришла Галина Ивановна Красноусова. Женщины подружились еще в юности. Сейчас у них – масса совместных идей и приятных хлопот: им предстоит обсудить сценарий вечера отдыха «Кому за 50». Галина Ивановна – главный в Алдане культорганизатор. Праздники, встречи, концерты – каждое мероприятие она стремится сделать особенным и незабываемым. А Анна Федоровна с супругом Владимиром Федоровичем составляют основной актив – они с удовольствием принимают участие в общественно-культурной жизни города и района.

– Я очень люблю, когда нас приглашают, – ведь значит, что не забывают, – смеется Анна Федоровна. – И мы всегда принимаем участие в таких мероприятиях с удовольствием!

Раннее детство Владимира Федоровича прошло в блокадном Ленинграде. Осадный быт он почти не помнит – когда был совершен прорыв, маленькому Володе было 5 лет. Семью эвакуировали на Север. Оттуда в 1955 году 16-летний Владимир уехал в Якутию. Здесь работал сначала каменщиком, затем переквалифицировался в водителя. Анну встретил на Урале, где однажды проводил отпуск. Это была любовь с первого взгляда. В декабре 2018-го супруги отпраздновали золотую свадьбу.

– Мы прекрасно прожили все эти годы, дай Бог всем такого семейного счастья, – улыбается Анна Федоровна. – Мне повезло с мужем!..

Уголок, где прошла трудовая деятельность и выросли дети, давно стал супругам Браун родным. Анна Федоровна и Владимир Федорович называют себя богатыми: у них три дочери, четверо внуков и трое правнуков.

– Родители у нас очень активные, – рассказывает старшая дочь супругов Браун Татьяна Онышко. – Им всегда куда-то надо было, на месте они не сидели!.. Наверное, люди того поколения все такие – позитивные, работящие, трудолюбивые…

Неупиваемая чаша

вины «врагов народа»

…Обсудив ход предстоящего вечера отдыха, женщины побеседуют о давно ушедшем прошлом, вспомнят друзей и приятелей молодости, немного поговорят о своих родителях. Семьи Галины Ивановны и Анны Федоровны словно связаны строчками, писаными болью и кровью, которые запечатлели трагические страницы истории советского государства.

– Это ведь история, ее нужно помнить… Очень тяжелые времена, – вздыхает Анна Федоровна. – Моей семьи вот коснулось…

Историю знакомства и единения матери и отца Анна Федоровна рассказывает с улыбкой: когда родители встретились, их союз казался невозможным. Мама была на 18 лет младше папы. Она прислуживала в доме его семьи. Федор тогда был женат, но детей паре Бог не давал, и мужчина принял решение жениться на горничной.

– Мама очень боялась идти наперекор общепринятой морали, – рассказывает Анна Федоровна. – Но родители все же поженились, и у них родилось четырнадцать детей. Четырнадцать, представляете?! Правда, выжили только шестеро, один малыш позже умер… Так, осталось нас пятеро…

Когда на свет должна была появиться последняя дочь, папа отметил 60-летие. Правда, дождаться рождения младшенькой ему не довелось…

– Маме всегда было трудно вспоминать, как ночью пришли трое в милицейской форме, – тихо произносит Анна Федоровна сегодня. – Моего рождения папа не дождался: его забрали в августе, а я родилась в сентябре…

О ночных и оттого особенно пугающих визитах впоследствии было написано немало. И едва ли возможно передать ужас, охватывавший хозяев с коротким отрывистым стуком в дверь. Глава семьи ушел из дома в ночь, и – исчез навсегда. За что? Близкие не знают точного ответа на этот вопрос. О вине отца перед Родиной жена и дети могли только догадываться.

– Ну что-то не то сказал, наверное, – считает Анна Федоровна. – Он же попал под раскулачивание: у него была мельница – ее отобрали… Папа, видать, был обозленный и что-то позволил себе в сердцах… А ночью за ним пришли. Мы о его судьбе ничего не знали, только в феврале следующего года пришло извещение, что он умер в тюрьме от сердечного приступа…

После ареста отца особенно тяжело пришлось маме – статус жены «врага народа» она прочувствовала в полной мере. В своем горе женщина оставалась одна. А в первую очередь пришлось думать о том, как накормить и одеть пятерых малышей. Финансовое бремя для одинокой труженицы оказалось почти неподъемным.

– Что я помню – маму очень сильно везде обижали, куда бы она ни пришла… – продолжает печальное повествование Анна Федоровна. – Отовсюду старались отпихнуть, оттолкнуть…

– Моей бабушке было очень тяжело одной с детьми, – говорит дочь А. Ф. Браун Татьяна Онышко. – Она была вынуждена принять непростое решение отдать младшую дочь – мою маму – на воспитание родственникам. Сама она бы просто не вытянула…

Отца Анна никогда не видела, в семейных альбомах нет его фотокарточки. Однако папины черты лица, привычки и жесты, по словам мамы, Анна могла видеть у старшего брата. А о характере отца, о том, каким он был в семье, маленькой Ане часто рассказывала сестра – когда папу арестовали, девочке было 10 лет.

– Мы жили в глухой деревне, и папиной фотографии, конечно, нет, – рассказывает Анна Федоровна. – Но вот мама всегда говорила: «Посмотри на старшего брата – и увидишь папу, он – вылитый отец!» Да и я сама на него похожа… А сестра рассказывала, что наш папа был добрейшей души человеком!

Такой же – доброй и спокойной – дочери Анны запомнили и бабушку. Пройдя через все тяготы и пережив житейские невзгоды, она не очерствела душой, не ожесточилась и ни на кого не держала зла.

– В последний раз я видела бабушку, когда мне было 7 лет, – мы ездили к ним в гости, – вспоминает Татьяна. – Бабушка запомнилась мне очень спокойной, улыбчивой и доброй…

…Изломанной судьбы

маршрутом…

История семьи Галины Красноусовой пролегла печальным маршрутом из Польши на Дальний Восток, пройдя по берегу океана в северную тайгу. В жернова машины репрессий ее семья попала дважды. Правда, до недавнего времени свою историю Галина Ивановна знала лишь частично.

– Началось все с того, что я решила разыскать родственников по своей девичьей фамилии Зейгердт, – вспоминает Галина Ивановна. – Поиски мы с дочерью начали в интернете, и через соцсети я нашла своего родного брата по отцу – он живет во Владивостоке. Так, в первый раз брата я увидела совсем недавно… И лишь  когда мы встретились, я узнала, что семья нашего отца была репрессирована и выслана во Владивосток аж из Польши…

Позднее отец принял решение отправиться из Владивостока на Север – насколько он знал, в Южной Якутии ведется золотодобыча и заработки для голодного послевоенного времени на рудниках были достойными.

– Из Владивостока папа приехал на Север, здесь встретил мою маму, в 1948-м родилась я, а в 1949-м его забрали, – повествует Галина Ивановна семейную историю. – По словам мамы, люди в форме за отцом пришли ночью, и увели его навсегда… Лишь через несколько месяцев нам пришла записка из органов НКВД, что он погиб. Точно мы не знаем, что и как с ним случилось.

Мама Галины, рассказывая об отце, в беседах не затрагивала тему его вины: интересоваться судьбами арестантов их близкие боялись, а семейные трагедии стремились спрятать глубоко в собственной памяти.

Родного по отцу брата Галина Ивановна нашла через 65 лет. Знакомство с родственником позволило приоткрыть завесу тайны семейной истории.

– Брат Анатолий немногое помнил о своем раннем детстве, но говорил, что было очень трудно, – рассказывает Галина Ивановна…

На берегу океана Галина Ивановна нашла не только брата – она обрела большую семью. Сначала, вспоминает женщина, ее появление не вызвало у Анатолия доверия – предстояло прояснить множество вопросов, сверить детали и найти совпадения. Радость от обретения родных наступила позднее.

– Единственный документ, который подтверждал мою фамилию, – это свидетельство о рождении. Брат посмотрел, почитал и сказал: да, ты наша!..– улыбается Галина Ивановна. – Когда я приехала к нему, мы встретились всей родней – у меня и племянники есть, и внучатые племянники: пол-Владивостока родни!.. А Анатолий сказал, что я очень похожа на нашу бабушку, которая жила в Польше.

Галина Ивановна приглашала брата в гости. Мужчина хотел приехать в Алдан, познакомиться с местами, где пролегла заключительная часть жизненного пути отца. Однако побывать в южноякутском уголке ему не довелось…

– Он постеснялся, может быть, не знаю, но не сложилось у нас встретиться еще раз, – грустно отмечает Галина Ивановна. – А теперь Анатолия нет… Первого января он отметил 80-летие (у него день рождения первого января, а у меня – шестого), а четвертого марта его не стало…

Впечатления о брате от той единственной встречи у Галины Ивановны остались самые светлые. И лишь немного жаль ушедших десятилетий, которые оказались потерянными. Кровные узы порой разрывают обстоятельства, на которые человек не в силах повлиять. Однако Галина Ивановна знает точно: осколки судьбы семьи можно вновь собрать воедино.

– Такого оптимиста я никогда в жизни не видела! – сдерживая слезы, вспоминает Галина Ивановна. – Наша встреча была очень теплой и душевной… Я хочу сказать: если вы ищете кого-то – ищите, и обязательно найдете!..

Период политических репрессий историки относят к национальным трагедиям, память о коих священна и должна передаваться из поколения в поколение.

Татьяна Вахнина.

Фото С. Шипачева.

Поделиться:

Добавить комментарий