Top.Mail.Ru
Наш дед, Давыд Согдоев… |

Наш дед, Давыд Согдоев…

Почему столько вопросов о прошлом своей семьи возникает только сейчас и на них нет ответов? Почему в свое время вопросы о жизни наших стариков не были заданы нашими родителями, а теперь уже и нашим поколением? Все это – последствия и результат того страшного и тяжелого времени, времени страхов и тревог за свою жизнь и жизнь родных. Это был период, когда люди скрывали свое прошлое и настоящее, неважно, каким оно было – героическим или трагическим. Было не модно говорить о своих подвигах и достижениях, пережитых событиях и испытаниях, да и народ был скромнее и проще.

Так и в нашей семье есть белые пятна и темные закоулочки в биографии дедушек и бабушек.

Накануне празднования 75-летия Победы захотелось посмотреть награды деда, фотографии, чтобы сделать портрет и пронести его в «Бессмертном полку». Подняли документы о наградах и выяснили, что у деда в трех документах разные даты рождения, сразу же возникли вопросы: где он родился и кто его родители, есть ли братья и сестры? По удостоверениям тоже вопрос. За какие подвиги получены медаль «За боевые заслуги» и орден Красной Звезды? Ведь это весомые награды, и за просто так их не давали. Вопросов много, но, к сожалению, ответить на них уже никто не сможет.  

Мы, можно сказать, коренные жители Алдана. Мой отец –  Петр Макарович Чигиринов родился в п. Лебедином, мама – Нина Александровна Чигиринова родилась в п. им. ЯЦИК. У каждого было тяжелое детство, только у мамы была полноценная семья, и жили они в маленьком доме, где проживало две семьи. А вот у папы все было гораздо хуже. Но я  хочу рассказать о моем не родном по крови, но все-таки моем деде – Давыде Михайловиче Согдоеве. Только благодаря ему мой папа со своей матерью остались живы и обрели крышу над головой. Дед воспитал папу как родного сына, хотя своих детей у него не было. В свидетельстве о рождении дед записан как Давид Михайлович Согдоев, родился 2 октября 1914 года в селе Нерюктяйский I – наслег  Олекминского района, мать – Акулина Иннокентьевна и отец – Михаил Иванович Согдоевы, национальность – якут. У Давыда были старший брат и сестра, но мы ничего не знаем о них. В трудовой книжке записано –  Давыд Михайлович Согдаев, 1917 год рождения, образование начальное, профессии не имеет. А в военном билете – Довыд Михайлович Сегдоев, 1919 год рождения. Три значимых документа и такие разногласия в датах рождения, ошибки в фамилии и имени. Меня  поразило  то, что в трудовой книжке сделана всего одна запись по месту работы. С 1936 года работал по найму и с 9 сентября 1939 года по 1 июня 1975 года проработал в органах МВД. Эти сведения говорят о многом, насколько человек был предан своей работе. В записях лишь благодарности и награды. Мама рассказала, что в семье деда многие из мужчин служили в МВД и имели служебные чины, наш дед был простым рядовым с двумя начальными классами образования, но в 1953 году вступил в КПСС, всегда посещал партийные собрания. 

По одной из версий о нашей семье папина мама, моя бабушка Евдокия Антоновна, приехала в г. Алдан по вербовке на работы в шахты, другая версия – что их большую семью раскулачили, и они были вынуждены переселиться в северные края. Одни попали в Хабаровский край, а бабушка с уже взрослой дочерью Марией – в г. Алдан. Точная дата их прибытия неизвестна, скорее всего, довоенный период. Сами они родом из Белоруссии, из г. Клин, из  многодетной семьи, где было 12 детей. По рассказам бабушки, она хотела заработать и уехать на родину, но в шахте с ней произошел несчастный случай: был обвал породы, и большой камень упал на голову, она получила травму, после которой не смогла работать. Закончилась война, и в 1946 году родился папа, послевоенная жизнь была тяжела, отец моего папы умер от ран, бабушка осталась одна, не имела постоянного места работы и жила, где придется. Сама была безграмотной, подрабатывала уборщицей в разных местах, ребенка кормить было нечем. Молока не было и приходилось разжевывать хлеб, мякиш заворачивать в марлю и давать ребенку вместо соски. В то время спасала людей от голода заготовка в летнее время грибов и ягод, которых было в изобилии. Так они и жили, мыкаясь по баракам, в страхе перед будущим. За то короткое время своей жизни папа натерпелся и повидал много ужасного и страшного. Ему было около пяти лет, когда мать встретила Давыда. Могу только догадываться, как состоялась встреча, но он их пожалел и оставил у себя жить. На тот момент у деда было свое жилье, хорошо оплачиваемая работа, он получал продуктовый паек. Дед был на десять лет младше бабушки и, конечно же, ни о какой любви и взаимности речи не могло быть, жизнь заставила приспособиться каждого к тем обстоятельствам, которые помогли выжить.  

Один из случаев, рассказанных папой, говорит о том, как было тяжело матери одной воспитывать, кормить и одевать его. Когда пришло время идти в первый класс, он принял решение сам идти в школу, потому что бабушке было все равно, будет он учиться или нет. Сама она была безграмотна, очень набожна, и главное для нее было не образование, а чтобы сын был одет, накормлен и здоров. Папа часто болел, особенно болели ноги. Конечно же, все это происходило не от хорошей жизни, а от бесконечного голода и скитаний, от страха быть выброшенным за борт жизни. И благодаря деду Давыду папа вырос порядочным человеком, хорошим семьянином и многому научился у него.

Дед по национальности якут. А какой якут не владеет ружьем, не ходит на охоту? Лес всегда тянул его к себе, он знал все тропы, где можно было поставить петли на зайцев, ягодные и грибные места, места для охоты на птицу и крупного зверя. На охоту уходил пешком на несколько дней в любое время года. Был случай, когда он спас человека, потерявшегося в лесу и блуждавшего несколько дней. Дед научил папу навыкам охоты, пристрастил к лесу, показал заветные места, стал ему лучшим другом и советчиком. На охоту они ходили вдвоем, позже ездили на мотоцикле.

Для нас с братом он стал родным дедом. Когда надолго уходил в лес, мы за него переживали и с нетерпением ждали его возвращения. Каждый раз, возвращаясь с охоты, приносил лесные подарки – букет из лесных цветов или веточек, усыпанных крупными ягодами брусники, голубицы, костяники, отборные шишки, сказочные мухоморы, мягкий ягель и многое другое, чем изобилует лес. А какими вкусными были кусочки хлеба, намазанные маслом, к которому прилипли хвоинки и всякий лесной мусор, пропитанные дымом костра. Сколько было намешано запахов тайги, исходящих от рюкзака. С каким любопытством следила я, когда дед разбирал его после лесных похождений. Было интересно наблюдать, когда он тщательно чистил ружья, раскладывая все по местам, как радовался новым сборам на охоту, как горели глаза в лучиках морщин. Дед хорошо рисовал животных, умел качественно выделывать шкурки соболя, у него было специальное приспособление – кожемялка, которую он смастерил сам, отменно подшивал валенки, много плотничал. У нас до сих пор есть табуретки (маленькие скамеечки), сделанные его руками, очень удобные в применении.

Он многое умел, на нем было все хозяйство, можно сказать, весь дом и огород. И нам хочется рассказать о таком скромном и незаметном человеке, как наш дед Давыд, чтобы память о нем оставалась не только в наших сердцах, но и на страницах газеты, в сердцах читателей. Еще хочется упомянуть такой факт: как бы тяжело ни жили наши старики, но когда умерла бабушка, дед очень тосковал без нее и почти каждый день ходил на могилку. И ровно через год, разницей в один день ушел к ней. Прожили они вместе тридцать три года и похоронены рядом. Его уход папа пережил тяжелее, чем смерть своей матери.

Может, прочитав небольшой эпизод из истории нашей семьи, еще кому-нибудь захочется поделиться своими воспоминаниями и рассказать о своих родных и близких.

Н. ЧИГИРИНОВА.

Фото

из семейного архива.

Поделиться:

Добавить комментарий