«Каждое сердце – уникально и гениально»

8 февраля в России отмечали День науки, профессиональный праздник ученых, профессоров и студентов, всех тех, кто посвящает свою жизнь научной и исследовательской деятельности.

Для врача-кардиолога Анны Иннокентьевны Сивцевой, приступившей к работе в алданской

городской поликлинике с 1 декабря 2020 года, этот праздник – отнюдь не рядовой.

Анна Иннокентьевна имеет ученую степень: она доктор наук. Докторскую диссертацию защитила

в 2009 году, кандидатскую – девятью годами раньше.

О недавнем крутом повороте в своей судьбе говорит, не скрывая: случился он в связи с тем,

что финансирование центра, в котором она до недавнего времени работала, было свернуто.

«Все решения в жизни я принимаю спонтанно, – говорит Анна Иннокентьевна. –  Отправила запросы по имевшимся заявкам в Алдан и Олекминск. Из Алдана откликнулись быстрее. И я решила ехать сюда».

 Анна Иннокентьевна рассказала «АР» о том, как «заразилась вирусом науки», о сфере своих научных интересов, о начале работы в Алдане и своем художественном творчестве, которым занялась после перемены места жительства.

«Вирус» науки подхватила в Москве»

После учебы и прохождения ординатуры в Якутском госуниверситете, рассказывает моя собеседница, поступила в аспирантуру Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н. И. Пирогова. В 2000 году защитила кандидатскую диссертацию.

– «Вирусом» науки меня заразили в Москве. Кардиология на тот момент развивалась прорывными темпами. Получили распространение такие методы, как аортокоронарное шунтирование, стентирование, в России стал широко применяться метод эхокардиографии, – вспоминает она. – Я работала в 31-й градской больнице, моим руководителем был Андрей Владиславович Сурдынский. Благодаря ему я познакомилась со многими московскими учеными, сложился мой научный образ, – говорит ученый.

Возвратившись на малую родину, Анна Иннокентьевна работала в Национальном центре медицины врачом-кардиологом в реанимационном отделении, параллельно – старшим преподавателем кафедры госпитальной терапии Медицинского института Якутского госуниверситета.

Но подхваченный «вирус» продолжал свое действие. И в 2003 году она поступила в очную докторантуру в РНМИУ им. Н. И. Пирогова.

– Вслед за кардиологией я очень полюбила пульмонологию. Учась в докторантуре, познакомилась с ведущими учеными. Мы, молодые специалисты, имели возможность присутствовать на конференциях, которые проводились академиком Александром Чучалиным – пульмонологом с мировым именем, одним из основоположников российской школы пульмонологии. Во время таких встреч по видео-конференц-связи с ним общались, спорили, дискутировали ученые из самых разных точек земного шара. Такая у меня была школа, – рассказывает она.

В 2009 году Анна Сивцева защитила докторскую диссертацию на тему «Формирование хронического легочного сердца и возможности медикаментозной коррекции процесса ремоделирования правых и левых отделов сердца у больных ХОБЛ».

В 2005–2010 гг. Анна Иннокентьевна работала врачом-кардиологом в ГУ НПЦ «Фтизиатрия», где внедрила методы эхокардиографии у легочных больных. Главное преимущество этого современного метода ультразвукового исследования – в наглядности и получении полной картины состояния сердца в короткие сроки, благодаря чему можно выявить даже незначительные сбои в его работе. С помощью ЭхоКГ можно также обнаружить признаки легочной гипертензии – проблемы не менее актуальной, чем гипертония. Повышенное давление в легочных артериях, говорит доктор, актуально и для жителей Алдана, чему способствует проживание в условиях высокогорья.

«Портрет» эвенка… по капле крови

– Каждое сердце, как и лицо человека, – индивидуально и гениально, – говорит доктор. И порой, рассказывает она, даже аномальное его строение может иметь свою функцию и назначение. «Долгие годы шла дискуссия между педиатрами и кардиологами-эхокардиографистами. Мы, кардиологи, говорим о том, что открытое овальное окно – вариант нормы, а педиатры – что это патология. Некоторое время назад всех детей и взрослых с такой аномалией оперировали. Но жизнь показала, что делать этого нельзя. Сейчас кардиология пошла по более щадящему пути. Врачи смотрят на открытое аортальное окно по-другому. Оказалось, что, если в зрелом возрасте происходит инфаркт миокарда, человек с открытым «окошком» может остаться в живых. То есть не всем людям с врожденными пороками сердца могут быть показаны операции», – приводит пример кардиолог.

С 2010 года Анна Иннокентьевна Сивцева была руководителем группы исследований болезней органов дыхания НИИ здоровья СВФУ,  а с 2015 года под ее руководством шла работа Научного экспедиционного центра Клиники Медицинского института  Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова. Здесь был реализован проект по изучению влияния разработки редкоземельных металлов на состояние здоровья человека и миграционных природных сред. Инициативное исследование было проведено в Анабарском и Оленекском районах. Исследователей интересовало, как меняется микро- и макроэлементный состав в сыворотке, сгустках крови человека, в воде и почве в связи с интенсивным промышленным освоением территории. Полученные образцы и пробы ученые отправляли для анализа в институт тектоники и геофизики в г. Хабаровск.

Кроме того, исследователи Центра изучили структуру заболеваемости местных жителей – представителей коренных малочисленных народов Севера, их питание, липидный спектр, иммунологический, биохимический макро- и микроэлементный состав крови, качество жизни, адаптивные реакции.

По анализам крови впервые был составлен «микроэлементный портрет» эвенка поселка Жилинда и долгана поселка Юрюнг-Хая. Содержание одного из основных элементов, фосфора, оказалось у коренного населения этих районов более высоким, в 3–4 раза отличаясь от показателей жителей других регионов России, что, возможно, связано с традиционным питанием местного населения, в котором изобилует рыба. Выявлено повышенное содержание железа у эвенков в 1,5–2 раза, у долган в 4–5 раз. Однако этот фактор может быть тревожным: высокое содержание железа связано с повышенным риском сердечнососудистых заболеваний и некоторых видов рака.

Исследуя большой пласт жизни коренных народов, обращаясь к опыту научных центров, знаниям ученых прошлого и современности, изучая философию и историю, доктор наук  расширила сферу своих научных интересов: в нее вошли генетика и то, что именуется этногенезом.

«В последнее время меня очень интересовала генетика. И чтобы понять эту науку, вместе со своей командой ездила в Москву, в НИИ генетики, – рассказывает ученый. – В своем центре я наладила связи с Институтом тектоники и геофизики, Институтом охраны материнства и детства г. Хабаровска, НИИ генетики Томска, Институтом физиологии и фундаментальной медицины г. Новосибирска».

Анна Иннокентьевна подмечает, что научные труды для нее всегда были намного увлекательнее, нежели признанные шедевры классической художественной литературы, душевные метания и порывы знаменитых романных героев не впечатляли и не трогали так, как мысли биохимика Льва Панина или ученого-генетика Михаила Воеводы. «Когда читаю работы ученых 70-х годов прошлого века – чувствую такую эйфорию, настоящий кайф получаю! Это удивительные люди! Как они писали, как думали – меня не перестает поражать и восхищать, – признается она. – Сейчас для молодых научных сотрудников – зеленая дорога ко всему наследию ученого мира благодаря специализированным базам данных исследований, которые можно почерпнуть в интернете».

«Наука – это творчество»

Наука – единый большой коридор, говорит ученый: сегодня уже нет отдельно взятых физики и математики, кардиологии или фтизиатрии, нет деления на регионы и страны: наука стала мировой.  И, несомненно, это творческий процесс, считает доктор.

 «Я скучаю по науке, – откровенничает Анна Иннокентьевна. – Каждый раз, когда я ставила перед собой задачи и раскрывала их, я чувствовала адреналин. И первое время после того, как приехала сюда, был какой-то дискомфорт. Потом поняла: вот этих ощущений мне сейчас не хватает».

Теперь творческое начало она пробует воплощать в  другом русле: в рассказах о своей родословной, о предках. «Сегодня я от этого получаю удовольствие, – делится она. – Правда, до недавнего времени считала, что если говорю и думаю по-якутски, мне будет легко на нем и писать. Но, как оказалось, это не так-то просто».

Через призму истории своей семьи рассматривает моя собеседница и то, какой жизненный путь выбрали ее сыновья. Старший, Максим, пошел по ее стопам, посвящая себя науке. Правда, он не врач, а физик и математик. Строит математические модели. Исследует состояние и изменения в толще вечной (или, как теперь с поправкой на изменения климата говорят исследователи, – многолетней) мерзлоты. К слову, изучает именно ту ее часть, которая располагается на территории Алданского района, работая в институте мерзлотоведения. С раннего детства рядом с ученой мамой, привык понимать научный стиль и язык. С легкостью воспринимает такие тексты. Младшему же сыну ближе оказалось искусство, сейчас он учится на художника. «Это у него от моих дедов, – считает Анна Иннокентьевна, – они были отличными мастерами».

Отвечая на вопрос о том, сложился ли у нее портрет алданского пациента, Анна Иннокентьевна приводит такое сравнение: коренное население, с которым она работала в арктических районах республики, как правило, неохотно обследуется у эскулапов, алданцы же, наоборот, очень щепетильно относятся к своему здоровью. «Здесь люди требовательные, грамотные. В основном все обследовались: минимум – в медцентре в Якутске, максимум – в клинике им. Мешалкина в Новосибирске, ездили в Благовещенск, Москву – в НИИ Вишневского. Приносят на прием результаты эхокардиографического исследования, анализ крови на липидный спектр. Вместе с коллегами уже ездила в Томмот, в Нижний Куранах для проведения обследований и консультаций. Есть сложные больные, тяжелые случаи, к которым нужно особое внимание. И я поняла, что я нужна своим пациентам. В науке же пока ставлю точку. Я достаточно сделала для своей республики, для изучения коренных народов. Теперь главное для меня – успех моих сыновей», – подытоживает доктор.

Ирина Виноградова.

Фото из архива А. Сивцевой.

Поделиться:

Добавить комментарий