Долгий путь первой трудовой артели к алданскому золоту

Кто-то всегда должен быть первым. Вольдемар Петрович Бертин имел громадную веру в новую жизнь, в достижение цели в поисках золотоносных месторождений. Руководители молодой Советской республики во главе с Максимом Аммосовым поверили в него и  пожелали успехов и удачи. Разговор был конкретным и коротким. По договору экспедиция Бертина, официально названная первой якутской трудовой артелью, получила товарный кредит в виде инструментов, сна¬ряжения, продовольствия на 10 тысяч рублей. Артель обязывалась все найденные и разведанные золотые месторождения передавать в пользу Якутской республики. 30 марта 1923 года был заключен договор с Наркомторгпромом (НКТП).

Начались горячие дни подготовки к походу. Руководители республики внимательно следили за сборами артели, специально поручили заниматься этим ответственному работнику Губсовнархоза Алексею Алексеевичу Семенову.

Главное, на что было обращено внимание, – подбор людей в артель. Ошибок здесь быть не должно. Каждый понимал, что в конечном счете люди будут решать и определять успех задуманного дела. Из этой суровой необходимости определился и принцип отбора желающих поступить в артель: смелость, здоровье, выносливость, наличие жизненного опыта, верность пролетарскому делу. И еще одно условие было соблюдено – добровольность, а также ознакомление каждого с примерным маршрутом и поставленной задачей.

Возможные трудности похода не только не умалчивались, а скорее преувеличивались. Рассказывалось, что 500–600-километровый путь предстоит совершить по последнему весеннему снегу, большей частью по бездорожью, на пути, возможно, и даже наверняка, будут встречаться наледи, труднопроходимые лесные трущобы и другие препятствия. Упоминалось и о том, что в тайге много еще недобитых белогвардейцев, которые организуются в шайки, и что вполне вероятна встреча с ними, а потому артель должна быть хорошо вооружена винтовками, винчестерами, наганами и даже гранатами, что каждый член артели должен уметь владеть оружием и быть бойцом, если придется.

Артель состояла из участников гражданской войны, бывших старателей. Простые рабочие различных национальностей: русские, латыш, татары, якуты, эстонец, многие из которых с оружием в руках защищали новую советскую власть, теперь, с наступлением мирного времени, объединенные стремлением вызвать к жизни богатства недр Якутии, решили отправиться на поиски золота в далекую, почти безлюдную тайгу. Так кто же они были?..

Уполномоченным и контролером НКТП направил в артель коммуниста Кузьму Федоровича Нисковских. Цыганистый, седой, густобровый весельчак был знатоком горного дела.

Николай Константинович Марьясов, пожилой человек, был назначен прорабом экспедиции. У него была большая семья, пятеро детей. Это был неутомимый таежник, знавший эти места. В 1922 году он сопровождал экспедицию 5-й снабармии с Тимптона на речки Томмот и Орто-Салу. Эта экспедиция была почти полностью разгромлена. Его спасло от расстрела хорошее знакомство с местными охотниками-кочевниками в годы работы на Тимптонских приисках.

Иван Карлович Сокикас, высоченный красавец, эстонец, участник Гражданской войны и установления советской власти в Сибири и Якутии. Служил в рядах Красной армии с 1919 по 1923 год.

Только что демобилизованными красноармейцами были Петя Попов, Георгий Замарацкий, Михаил Никитич Маркин, Семен Жмуров, Степан Шкитский.

Михаил Маркин был участником установления советской власти в Омском округе и Якутии. В Алдане работал в стройконторе  треста «Якутзолото».

Георгий Замарацкий был смелый, сильный человек с черными волосами. На Алдане он прожил безвыездно семь лет, потом ушел на Колыму.

Совсем молодой Семен Жмуров только что был демобилизован из рядов Красной армии. Потом к нему в Алдан пришла его молодая жена. Она была не из пугливых, в пути на Алдан она задержала бандитов.

Гавриил Алексеевич Метелев с 15 лет работал на приисках. Был участником гражданской войны в Якутии в частях ЧОН. Это был человек смирнейший, обидь кто его дерзким словом – смутится, смолчит, как девушка красная, на деле – таежник из самых матерых, и умница, и все-то он умеет. Позже он ушел работать горным мастером в Аллах-Юньские прииски.

Григорий Филиппович Комаров, участник гражданской войны в Якутии, бывший  бодайбинский старатель, был спокойным, рассудительным. К самому молодому члену артели Петру Попову, после того как Петр рассказал свою короткую, но полную драматизма судьбу, сердце старого приискателя окуталось сплошною теплотой. Каждый раз старался помочь ему или даже просто сделать за него работу. В Алдане работал на селигдарской электростанции каменщиком. 

Николай Иванович Васильев был высокий, всегда щегольски одетый. Это был городской житель. Но все-таки доказал, что он тоже может выдержать таежную жизнь. 

Трофим Нефетьев был ювелиром. Это был уже старый человек, который напросился в артель. Но, непривычный к тяжелому труду, он вскоре вернулся в Якутск.

Татары Галей Гайнитдинов, Галей Курбанович  Ибатулин, Кимербай Галеев, Газис Шайнутдинов тоже были среди артельщиков. Два Галея – Ибатулин и Гайнитдинов взяли в этот долгий и трудный путь своих жен: Феклу Гайнитдинову и  Варвару Ибатулину. Это были легкоранимые, душевные, но быстрые в движеньях и смекалистые люди.

Галей Гайнитдинов был участником гражданской войны в Якутии. В Алдане работал на драге № 1 сторожем. Галей  Ибатулин позже работал на старательских работах на прииске Нижне-Сталинском.

Якуты Данила Владимиров, Петр Иванов, Дмитрий Сафронов – бывшие таежники, были проводниками трудовой артели. Данила Владимиров – сын якутской тайги, бывалый таежник, отличный охотник. С широкой и мягкой улыбкой, он был готов всегда прийти на помощь, умел спокойно и быстро выполнять поручения и просьбы. Он был старым другом и спасителем Николая Марьясова от расправы белобандитов. Они как-то трогательно были дружны, понимали друг друга с полуслова.

Ранним весенним утром 6 апреля 1923 года первая якутская трудовая артель тронулась из Якутска в далекий путь за золотом. Первый этап пути до Джеконды был сравнительно легким. Дорога пролегала по обжитым местам. В Джеконде заменили лошадей оленями, повернули строго на юг, оставили хорошо проложенный и накатанный зимник и вошли в снежную целину, чтобы пройти по ней несколько сот трудных километров, прежде чем достигнуть цели. Люди в раскисших торбазах, тяжко меся снег, сыпучий под настом с утра, кашей – за полдень, шли так  день за днем…

Артель, преодолев долгий и изнурительный путь по труднопроходимым местам, прибыла в район назначения лишь 30 апреля. По расквашенному снегу стало идти невмоготу, достигли по речке Селигдару устья Орто-Салы. И первым делом на высоком дереве подняли красный флаг.

1 мая 1923 года прогремел в Алдане первый  оглушительный салют из винтовок, винчестеров, наганов. Срубили дом, баню на берегу Орто-Салы, сложили русскую печь на улице под навесом из листвяжной коры.

Начались трудные, ежедневные поиски месторождений желтого камня – золота на Орто-Сале, на безымянном ключе, позже названном Незаметным.

В августе добытое золото В. П. Бертин сдал Наркомторгпрому, где был составлен документ, который гласит: «…впредь до организации в ЯАССР горного надзора и прибытия его представителей на места, разрешить 1-й трудовой артели по добыче золота, не производя установленного отвода, разработку золотоносной площади, не выходя по ключу, названному артелью «Незаметный», впадающему в речку Орто-Сала с правой ее стороны… Прииск назван Незаметный».

Д. Васильева,

 заведующая отделом

музейно-образовательной

деятельности АИКМ.

Фото из фондов музея.

Поделиться:

Добавить комментарий